А нам хорошо здесь

«Мне хотелось ещё родить дочку, но не получилось. Время шло, моей Лизе исполнилось пятнадцать, Владу уже было девять. Пришло решение: удочерить девочку. Легко сказать!» — вспоминает Елена Горбачева, с чего началась её приёмная семья.

А тогда коллега, глядя на её метания, посоветовала пойти в отдел опеки и попечительства, посоветоваться. Елена Владимировна так и сделала. Проконсультировали, сказали, какой пакет документов потребуется. Так совпало, что была в тот момент в детской больнице отказная девочка: мама оставила в роддоме. Горбачевы стали собирать документы. Купили с мужем соски-бутылки, кроватку, люлечку, чтобы качать. Елена Владимировна пришла в больницу, объяснила, что документы уже готовы. Посмотреть на новорожденную разрешили. Глянула: сердце обмерло. «Лежит рыженькая, худая, как щепочка. Вес не набирает, медсестра сказала, мол, не надеялись, что выживет. Но соску знает и за жизнь держится, как за эту бутылочку со смесью. А как она кричала!» — Елена Владимировна помнит каждое мгновение первой встречи с незнакомым младенцем. Дочку назвали Настей. Мама оформила отпуск по уходу за двухмесячной малышкой.

«Люди же у нас добрые, — вспоминает с иронией мама. – Заглянут в коляску и спрашивают, мол, зачем она тебе?». Когда Настя обрела семью, Горбачевы ещё строили дом, а жили на квартире. Прошло года полтора, переехали в свой дом. Кровные дети Настю воспринимали, как родную, она росла всем на радость.

К тому времени Елена Владимировна прошла в Новосибирске обучение для оформления статуса приёмной семьи, юристы и психологи и мотивировали, и консультировали, и отвечали на все вопросы взрослых учеников. А из отдела опеки сообщили, что в соседнем районе в приюте есть сестрёнки-подростки. Поехали знакомиться. Девочка лет четырнадцати представилась: «Настя». Вторая, десятилетняя Маша, уточнила: «У нас тут ещё Саша». Какой Саша? Саша оказалась третьей сестрой. Оформили документы на всех, и стало у Горбачевых шестеро детей.

А как Виталий Леонидович реагировал на стремительное увеличение семьи? «У меня муж – поискать ещё таких», — с ходу отмела ненужные вопросы собеседница. А Саша стоит рядом, улыбается. Ей девятнадцать лет, по закону она уже не в приёмной семье. Настя большая и Маша уже выросли, живут в Бердске.

Старшая звонит часто, она вместе с мужем любит приезжать в Сузун на рыбалку, попроведать родителей, больше всех рада этим встречам маленькая внучка. Маша увлечена карьерой, красивая, стильная – мама с удовольствием показывает их фотографии.

Однажды сын Влад, кивнув на комнату девочек с двухъярусными кроватями, сказал обиженно: «Вы почему одних девчонок берёте? Мне тоже брата надо. Мам, возьми мальчишку». Паша оказался сузунцем по рождению, так что привезли его в родной посёлок. Вот этот ласковый пацан с фингалом под глазом – первое впечатление – чего только не устраивал! Сколько раз сбегал, по ночам мама за рулём объезжала все адреса и явки. Каких только словесных кружев не плёл этот обаятельный мальчишка! После школы мама сумела устроить его в новосибирское училище. Но в восемнадцать лет, уйдя из семьи, он распорядился собственной судьбой совсем не так, как учили приёмные родители.

Сейчас в приёмной семье опять шестеро детей. Диме не было и трёх лет, когда он переехал к Горбачевым, уже подросток. Саша на год его старше, сегодня с мамой они ездили к врачам по хорошему поводу: он едет на соревнования в Анапу с командой школы-интерната, где учится. Показывает медали Спецолимпиады: третье место – за лыжные гонки в Сузуне, серебро – за бег на роликах, золото – футбол, шашки и лёгкая атлетика. Надеется отлично выступить в Анапе: соревнования продлятся семь дней, и ещё неделю спортсмены будут отдыхать на море. Саша рисует, способности его оценил Сергей Николаевич Гармашов, преподаватель школы искусств. А ещё сына любят кошки, их четыре в семье. Кошка по имени Мышка спит только с ним.

Брат и сестра Миша и Ульяна — самые старшие из шестерых детей своей кровной семьи. В трёх приёмных семьях оказались дети после смерти мамы. Третий год Миша и Ульяна живут у Горбачевых. Как познакомились? «Тётя Лена просто позвонила по видеосвязи, представила всех, кто живёт в семье. А потом шла и показывала дом, бассейн. Говорит, вы подумайте. Мы посоветовались с Мишей и решили рискнуть, согласились переехать, то есть вернуться из городского центра в Сузун, — объясняет шестнадцатилетняя Ульяна. — В первое время боялась, что сделаю что-то не то, не так. Привыкаю постепенно».

Науку кулинарить мама преподаёт всем девочкам, не у каждой есть интерес. А Ульяну хвалит: «Всё у меня перехватывает! Стряпаем пельмени, манты, булочки и блины. А какой у неё борщ получается!». Тут мальчишки вставляют шпильку: «Первый раз она суп с лапшой такой густой сварила, что он слипся. Папа пришел и велел нам тащить нож, чтобы суп резать». Все смеются, а мама ободряет и обещает через два года начать учить Мишу, чтобы умел приготовить обед из несложных блюд. А сейчас он любит помогать дяде Виталию и увлечён новым ноутбуком. Занимался боксом (есть медаль), волейболом, но пока спорт на паузе. «А мне хорошо здесь, — отзывается Миша. – Даже когда уеду учиться на программиста, буду звонить, просто так». Ульяна оценивает возможности рыночной экономики: в Сузуне самыми денежными считает профессии парикмахера, повара и мастера маникюра. В этом году планирует поступать. Показывает кухонную досточку – сама расписала под руководством Татьяны Владимировны Земляновой в ДШИ.

«Я их понимаю, сама в четырнадцать лет без родителей осталась, — Елена Владимировна замолкает на миг, и разговор уходит на семейные праздники. – На Пасху муж сказал меньше шестидесяти яиц не красить, куличей напечём, булочек. Весь стол заставим». Оживляются все, вспоминают костюмы на Новый год, сюрпризы на дни рождения.

«Долго я боялась, что за моей маленькой Настей придёт её мать. Она же рядом. А потом увиделись в суде, и я успокоилась: наша дочка не нужна ей, — смотрим ещё фотографии. – Настя позвонила сейчас: едет с подружкой из Бердска на праздники. Они учатся там, живут в одной комнате, дружат».

Елена ЗЕМЛЯНИЦКАЯ