Да она всей деревне — мама!

«Я эту толстую сосну на въезде в Сузун на всю жизнь запомнила. Под ней в директорском УАЗике роды принимала», — Нина Фёдоровна Плешакова рассказывает, а глаза её смеются. Ведь всё тогда закончилось благополучно.
К бывшему шигаевскому фельдшеру привела нас местный депутат Елена Машкова, отрекомендовала: «Знакомьтесь — это мама всех шигаевцев, всей деревне — мама!»
Хрупкая, маленькая женщина провожает нас в комнату, внук Тимофей увлечён смартфоном, но ему тоже интересно послушать про далёкие-далёкие времена.
Нина Фёдоровна родилась в 1949 году. Как у большинства детей той поры, папа был фронтовик, в семье сейчас бережно хранят память о Фёдоре Ивановиче Видякове. Голодное послевоенное детство — тоже одно на всех. Учёба в школе, а потом — выбор профессии.
В Сузуне как раз набирали девушек на курсы медицинских сестёр, отучилась и по направлению поехала в Битковскую больницу. Через полгода ушла в декретный отпуск. После рождения сына отпуск полагался только два месяца, ребёнка оставляла с няней. А на работу вышла уже в Шигаевский медпункт, то есть ни врача рядом, ни медсестёр — одна на всю деревню. Конечно, ей предложили поехать на курсы повышения квалификации. Учёба была организована при Новосибирской областной больнице, сдала экзамены и получила специальность фельдшера.
Ни машины скорой помощи, ни телефона. Как не спасовала? Да просто с детства была привычка справляться с любым заданием, выполнять свою работу честно, чтобы никто не переделывал и не упрекнул. Летом ездила на коне на полевой стан: везла для механизаторов заранее написанный-нарисованный санбюллетень, брошюры для беседы. Конечно, снимала пробу на кухне — везде должен быть порядок. «Приезжала проверять санфельдшер из Битков Раиса Игнатьевна Кашпур — очень строгая женщина. Мне доярки рассказывают: пришли, а всё оборудование разобрано, шланги валяются. Значит, Раиса Игнатьевна проверила, недовольна. Они перемывают всё, обрабатывают, раз сами виноваты, не обижаются, просто делятся», — Нина Фёдоровна говорит, а перед глазами — полевая дорога, зной и пауты.
Работа фельдшера на селе — круглосуточная, ответственная, совсем нелёгкая. Ночь, пурга, стучат: «Тётя Нина, иди, деду плохо!» Она быстро спрашивает, что случилось, берёт свой тревожный чемоданчик и шагает в валенках и шубе за речку. А до речки идти полтора километра, да там ещё три улицы. Случай серьёзный, человека везти нужно в больницу. Машину ещё найти… Кто бы увёз? Находится односельчанин, на «Жигулях» сопровождает больного в Битковскую больницу…
А если роды? «Что значит, если…? Не все роженицы заранее ехали в Сузун, тянули до последнего. Вот тот случай, на директорском УАЗе ехали, вроде нормально. Осталось всего ничего до роддома, и тут слышу, кричит моя девушка: «Ой, рожаю!». Остановились под сосной… Так вместе с новорожденной дочкой привезла их. Объяснительную пришлось писать, что в дороге родили. Такой порядок, я ж виновата», — мелькают воспоминания у бывшего фельдшера. Помнит она и имена, и кто родился, и какими по счёту были роды. Вот ноябрьский буран 1979 года забылся бы, если б не Людмила. Односельчанка родила дома, до больницы как добираться? Снег валит стеной, света белого не видно, и дорогу не различить. Хорошо, погодилось грузотакси. Но и эта машина застряла в снегу. Трактор чистил дорогу, взял на буксир машину с роженицей и ребёнком, дотащил до Битков. И на коне приходилось доставлять мамочек. У одной схватки начались уже на мосту, осталось речку переехать, да в больницу на горку роженицу поднять, едва успели.
Как по-другому назвать Нину Фёдоровну? Действительно, мама — для всей деревни. «Никому не пожелаю стать сельским фельдшером, это очень тяжёлая работа», — говорит на прощание. А если бы вернуть Вам сейчас время, стало бы Вам двадцать лет — пошли бы в современную медицину? Улыбается: «А что, можно было бы попробовать». Скоро у Нины Фёдоровны день рождения, односельчане просили поздравить её через газету, пожелать здоровья, весеннего тепла, отличного настроения и любви близких людей.
Елена ЗЕМЛЯНИЦКАЯ